Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
Вступление в пору зрелости: к 350-летию Петра Великого
Вступление в пору зрелости: к 350-летию Петра Великого
Мы завершаем публикацию третьего исторического очерка члена Союза журналистов России, научного сотрудника Музея Балтийского флота Виктора Литвинова из цикла очерков, посвященных эпохе Петра I и личности первого императора России. Начало смотрите в № 27 от 14 июля.
В составе Великого посольства среди переводчиков находился Петр Шафиров – будущий знаменитый дипломат и вице-канцлер. Он оказался здесь для многих совершенно случайно. Однажды молодой Петр прогуливался по московским торговым рядам и заметил одного проворного сидельца, как тогда называли продавцов в лавке купца Евреинова. Вступив с ним в разговор, он удивился его остроумию и, услышав, что тот знает польский, французский и немецкий языки, велел зачислить его в состав Посольского приказа. И царь не ошибся в своем выборе. Другим примером может послужить судьба еще одного приближенного царя – Петра Толстого. Он, несмотря на свои 52 года, записался волонтером на обучение за границей. Царь оценил этот шаг Толстого как признание его усилий на преодоление косности бояр в вопросах обучения за рубежом.
Нам известно, что Меншиков был любимцем Петра Великого, а ведь начинал он мальчишкой на побегушках в доме друга Петра Франца Лефорта. Петр приметил его за сообразительность и энергию, взял его в потешные и не пожалел – из Александра Меншикова вырос талантливый полководец и организатор. «Его милый Алексашка, его Herzenskind (дитя сердца), как он часто называл его, отличился при взятии Нотебурга и пожалован был генерал-губернатором Ингерманландии в 1702 году» (А. О. Ишимова «История России в рассказах», СПБ, 1993, Т. I, с. 372).
Петру не всегда удавалось скрыть свое пребывание в составе Великого посольства. Его внешний вид запоминал всякий, кому хоть раз доводилось с ним встретиться, прежде всего благодаря высокому росту – 2 метра 4 сантиметра. Великое посольство направилось в Голландию через Восточную Пруссию и Германию. Всюду посольству устраивали торжественные приемы. Чтобы оставаться в тени, Петр опережал посольство. Мы уже сообщали нашим читателям о прибытии Петра на небольшом корабле «Святой Георгий» в Пиллау 5 мая 1697 года, о его встречах с прусским курфюрстом, главным военным инженером Штернфельдом и об обучении в крепости Пиллау бомбардирскому искусству стрельбы по морским целям. В Пруссии ему дали меткие характеристики: «благоискусность, осторожность, мужественность, бесстрашность, высокопохвальное рвение не только в теории, но и в практике…»
На все руки мастер
Границу Голландии русский царь пересек в начале августа 1697 года. Он сразу же направился в центр кораблестроения – г. Саардам, обрядившись в платье, какое носили саардамские кораблестроители. Здесь он ознакомился с верфями и даже поработал топором. Плотничьи инструменты он купил у одной вдовы. Но в новом плотнике саардамцы, бывавшие в Москве, узнали русского царя.
Свидетель тех лет голландец так описывает поведение Петра I: «Повсюду он проявлял необыкновенную любознательность и часто спрашивал такое, что превышало наши познания. Его тонкая наблюдательность и особый дар понимания не уступали его необыкновенной памяти. Многие поражались особой ловкости его в работе».
Конец августа и начало сентября прошли в усвоении премудростей кораблестроения. Петр с группой русских волонтеров в Амстердаме 9 сентября 1697 г. закладывают фрегат, а в середине ноября участвуют в его спуске. Фрегат был назван «Св. Апостолы Петр и Павел». Корабельный голландский мастер Поль выдал нашим волонтерам и царю аттестаты об участии в постройке фрегата с ударением на проявленном при этом прилежании.
Но Петра I влечет желание ближе узнать архитектуру военных кораблей, и он отправляется на выделенном для него боевом корабле в Англию. 11 января 1698 г. корабль доставил царя в Лондон. Четыре месяца Петр находился в Англии. Он продолжал изучать корабельные чертежи, осматривал верфи, ознакомился с Оксфордским университетом, присутствовал на заседаниях Английского королевского общества, несколько раз посещал Гринвичскую астрономическую обсерваторию. Историки не исключают возможности встречи Петра с крупнейшим ученым Ньютоном.
Во время пребывания Петра в Англии король английский Вильгельм III для сопровождения русского царя определил лорда адмирала Кармартена. Петр переехал из Лондона в Депфорд, местечко на правом берегу Темзы, и поселился вблизи корабельной верфи в доме мастера Эвелина и принялся с жаром пополнять свои сведения о морском деле, кораблестроении. В беседах с лордом Кармартеном он углублялся в теорию кораблестроения. Лучшего учителя, как пишет историк Ф. Веселаго в «Очерке русской морской истории» в 1875 г., царю трудно было найти. Кармартен был хороший моряк, обладал большими сведениями в корабельной архитектуре. У него была большая коллекция моделей судов, без сомнений, очень интересовавшая любознательного ученика, которому не мог не понравиться веселый характер Кармартена. Петр побывал в Портсмуте и провел три дня на стоявшей там английской эскадре. Вильгельм III распорядился показать высокому гостю учение «примерного морского сражения». Петр получил возможность познать не только организацию английского военного флота, но и его тактику.
23 апреля 1698 г. царь возвратился в Голландию и пробыл там неделю, потом посетил Вену и уже готов был отправиться в Венецию, славную своим галерным флотом, как неожиданная весть о новом бунте стрельцов заставила его поторопиться в Москву, куда он и прибыл в конце августа 1698 г.
С бунтом стрельцов еще до возвращения царя было покончено, виновные казнены, сосланы и наказаны. Поэтому он едет в Воронеж и там полностью отдается возобновлению строительства флота.
Подведем итоги зарубежной поездки Петра Великого. Надежды на материальную помощь иностранных держав для строительства русского флота не оправдались. Посольство получило отказ со стороны Англии и Голландии. Но зато сведения, приобретенные царем и его помощниками, были несравненно плодотворнее для России всякой материальной помощи. Глубокое изучение Петром всех отраслей морского дела было верным залогом в надежной будущности русского флота, а следовательно, развития и величия России. Да и задача приглашения на русскую службу разного звания морских офицеров, мастеровых и матросов, закупка оружия и множества предметов, инструментов и прочего была с успехом решена.
От новых знаний – к реформам
Полезнейшим следствием путешествия царя было согласие прибыть на русскую службу достойнейших ученых, специалистов, которые много и благотворно впоследствии потрудились для русского флота: голландца вице-адмирала Крюйса, английских корабельных мастеров Дена и Найса, профессора Фармарсона и других.
В германских университетах обсуждали поездку Петра и будущее просвещение России связывали с его зарубежным путешествием. Философ Лейбниц составлял просветительные проекты преобразования Руси. Европа, видя поведение Петра, догадывалась, что результатом просвещения самого русского царя станет просвещение его государства.
Для самого Петра путешествие было последним актом самообразования.
Он желал получить сведения по кораблестроению, а сверх того получил массу знаний. Более года пробыл он за границей, всегда в толпе, среди разнообразных лиц, среди разных национальных культур. Он сжился с обычаями этих стран. Сознавая превосходство Запада, он решился приблизить к нему свое государство путем реформ.
Петр как преобразователь и реформатор созрел за границей. Подготовительный к деятельности период кончился.
«Петр сформировался и принимался за тяжелое бремя самостоятельного управления, самостоятельной политики. Рождалась великая эпоха нашей исторической жизни» (С. Ф. Платонов «Полный курс лекций по русской истории» СПБ «Кристалл», 2000, с. 551).
#вестникбалтийска #калининград #балтийск #зеленоградск #светлый #светлогорск #приморск #балтийскаякоса
Мы завершаем публикацию третьего исторического очерка члена Союза журналистов России, научного сотрудника Музея Балтийского флота Виктора Литвинова из цикла очерков, посвященных эпохе Петра I и личности первого императора России. Начало смотрите в № 27 от 14 июля.
В составе Великого посольства среди переводчиков находился Петр Шафиров – будущий знаменитый дипломат и вице-канцлер. Он оказался здесь для многих совершенно случайно. Однажды молодой Петр прогуливался по московским торговым рядам и заметил одного проворного сидельца, как тогда называли продавцов в лавке купца Евреинова. Вступив с ним в разговор, он удивился его остроумию и, услышав, что тот знает польский, французский и немецкий языки, велел зачислить его в состав Посольского приказа. И царь не ошибся в своем выборе. Другим примером может послужить судьба еще одного приближенного царя – Петра Толстого. Он, несмотря на свои 52 года, записался волонтером на обучение за границей. Царь оценил этот шаг Толстого как признание его усилий на преодоление косности бояр в вопросах обучения за рубежом.
Нам известно, что Меншиков был любимцем Петра Великого, а ведь начинал он мальчишкой на побегушках в доме друга Петра Франца Лефорта. Петр приметил его за сообразительность и энергию, взял его в потешные и не пожалел – из Александра Меншикова вырос талантливый полководец и организатор. «Его милый Алексашка, его Herzenskind (дитя сердца), как он часто называл его, отличился при взятии Нотебурга и пожалован был генерал-губернатором Ингерманландии в 1702 году» (А. О. Ишимова «История России в рассказах», СПБ, 1993, Т. I, с. 372).
Петру не всегда удавалось скрыть свое пребывание в составе Великого посольства. Его внешний вид запоминал всякий, кому хоть раз доводилось с ним встретиться, прежде всего благодаря высокому росту – 2 метра 4 сантиметра. Великое посольство направилось в Голландию через Восточную Пруссию и Германию. Всюду посольству устраивали торжественные приемы. Чтобы оставаться в тени, Петр опережал посольство. Мы уже сообщали нашим читателям о прибытии Петра на небольшом корабле «Святой Георгий» в Пиллау 5 мая 1697 года, о его встречах с прусским курфюрстом, главным военным инженером Штернфельдом и об обучении в крепости Пиллау бомбардирскому искусству стрельбы по морским целям. В Пруссии ему дали меткие характеристики: «благоискусность, осторожность, мужественность, бесстрашность, высокопохвальное рвение не только в теории, но и в практике…»
На все руки мастер
Границу Голландии русский царь пересек в начале августа 1697 года. Он сразу же направился в центр кораблестроения – г. Саардам, обрядившись в платье, какое носили саардамские кораблестроители. Здесь он ознакомился с верфями и даже поработал топором. Плотничьи инструменты он купил у одной вдовы. Но в новом плотнике саардамцы, бывавшие в Москве, узнали русского царя.
Свидетель тех лет голландец так описывает поведение Петра I: «Повсюду он проявлял необыкновенную любознательность и часто спрашивал такое, что превышало наши познания. Его тонкая наблюдательность и особый дар понимания не уступали его необыкновенной памяти. Многие поражались особой ловкости его в работе».
Конец августа и начало сентября прошли в усвоении премудростей кораблестроения. Петр с группой русских волонтеров в Амстердаме 9 сентября 1697 г. закладывают фрегат, а в середине ноября участвуют в его спуске. Фрегат был назван «Св. Апостолы Петр и Павел». Корабельный голландский мастер Поль выдал нашим волонтерам и царю аттестаты об участии в постройке фрегата с ударением на проявленном при этом прилежании.
Но Петра I влечет желание ближе узнать архитектуру военных кораблей, и он отправляется на выделенном для него боевом корабле в Англию. 11 января 1698 г. корабль доставил царя в Лондон. Четыре месяца Петр находился в Англии. Он продолжал изучать корабельные чертежи, осматривал верфи, ознакомился с Оксфордским университетом, присутствовал на заседаниях Английского королевского общества, несколько раз посещал Гринвичскую астрономическую обсерваторию. Историки не исключают возможности встречи Петра с крупнейшим ученым Ньютоном.
Во время пребывания Петра в Англии король английский Вильгельм III для сопровождения русского царя определил лорда адмирала Кармартена. Петр переехал из Лондона в Депфорд, местечко на правом берегу Темзы, и поселился вблизи корабельной верфи в доме мастера Эвелина и принялся с жаром пополнять свои сведения о морском деле, кораблестроении. В беседах с лордом Кармартеном он углублялся в теорию кораблестроения. Лучшего учителя, как пишет историк Ф. Веселаго в «Очерке русской морской истории» в 1875 г., царю трудно было найти. Кармартен был хороший моряк, обладал большими сведениями в корабельной архитектуре. У него была большая коллекция моделей судов, без сомнений, очень интересовавшая любознательного ученика, которому не мог не понравиться веселый характер Кармартена. Петр побывал в Портсмуте и провел три дня на стоявшей там английской эскадре. Вильгельм III распорядился показать высокому гостю учение «примерного морского сражения». Петр получил возможность познать не только организацию английского военного флота, но и его тактику.
23 апреля 1698 г. царь возвратился в Голландию и пробыл там неделю, потом посетил Вену и уже готов был отправиться в Венецию, славную своим галерным флотом, как неожиданная весть о новом бунте стрельцов заставила его поторопиться в Москву, куда он и прибыл в конце августа 1698 г.
С бунтом стрельцов еще до возвращения царя было покончено, виновные казнены, сосланы и наказаны. Поэтому он едет в Воронеж и там полностью отдается возобновлению строительства флота.
Подведем итоги зарубежной поездки Петра Великого. Надежды на материальную помощь иностранных держав для строительства русского флота не оправдались. Посольство получило отказ со стороны Англии и Голландии. Но зато сведения, приобретенные царем и его помощниками, были несравненно плодотворнее для России всякой материальной помощи. Глубокое изучение Петром всех отраслей морского дела было верным залогом в надежной будущности русского флота, а следовательно, развития и величия России. Да и задача приглашения на русскую службу разного звания морских офицеров, мастеровых и матросов, закупка оружия и множества предметов, инструментов и прочего была с успехом решена.
От новых знаний – к реформам
Полезнейшим следствием путешествия царя было согласие прибыть на русскую службу достойнейших ученых, специалистов, которые много и благотворно впоследствии потрудились для русского флота: голландца вице-адмирала Крюйса, английских корабельных мастеров Дена и Найса, профессора Фармарсона и других.
В германских университетах обсуждали поездку Петра и будущее просвещение России связывали с его зарубежным путешествием. Философ Лейбниц составлял просветительные проекты преобразования Руси. Европа, видя поведение Петра, догадывалась, что результатом просвещения самого русского царя станет просвещение его государства.
Для самого Петра путешествие было последним актом самообразования.
Он желал получить сведения по кораблестроению, а сверх того получил массу знаний. Более года пробыл он за границей, всегда в толпе, среди разнообразных лиц, среди разных национальных культур. Он сжился с обычаями этих стран. Сознавая превосходство Запада, он решился приблизить к нему свое государство путем реформ.
Петр как преобразователь и реформатор созрел за границей. Подготовительный к деятельности период кончился.
«Петр сформировался и принимался за тяжелое бремя самостоятельного управления, самостоятельной политики. Рождалась великая эпоха нашей исторической жизни» (С. Ф. Платонов «Полный курс лекций по русской истории» СПБ «Кристалл», 2000, с. 551).
#вестникбалтийска #калининград #балтийск #зеленоградск #светлый #светлогорск #приморск #балтийскаякоса
09:20 02.08.2022 16+
Выбор редакции